Сестра за сестру и четырёхчасовой допрос: амурский следователь о сложных делах, интуиции и воспитании детей
15 января 2026 года амурское следственное управление Следственного комитета России отмечает 15 лет со дня своего образования – в 2011 году оно стало самостоятельным ведомством, а его сотрудники с тех пор раскрыли немало запутанных и сложных дел. Почему следователи всё-таки остаются верны профессии спустя долгие годы, невзирая на её сложность, какую роль в ней играет интуиция и к чему в этом деле невозможно привыкнуть, корреспонденту Амур.инфо рассказал руководитель следственного отдела по городу Благовещенску следственного управления Следственного комитета России по Амурской области, подполковник юстиции Николай Иванов.
— Николай, расскажите, пожалуйста, как давно вы служите в правоохранительных органах и непосредственно в амурском следственном управлении Следственного комитета России?
— Мне сейчас 39 лет. И мой следственный путь начался сразу после поступления в Дальневосточный юридический институт МВД России в Хабаровске. После его окончания в 2008 году я два года отслужил в Тамбовском отделе милиции в Приамурье, а с 2010 года продолжил служить закону в органах Следственного комитета – сперва по городу Свободному.
Я проделал путь от следователя до руководителя Мазановского межрайонного следственного отдела, руководителя следственного отдела по городу Свободному и руководителя следственного отдела по городу Благовещенску. Вот уже более 20 лет вся моя жизнь связана со следственной работой.
— А как сложилось, что из огромного количества профессий вы выбрали именно работу следователя?
— В этой профессии нет случайных людей. Сюда приходят и остаются только те, для кого справедливость – не просто слово, а жизненный принцип. Наблюдая за своим отцом, сотрудником милиции, который твёрдо стоял на защите закона, несмотря ни на какие трудности, я понимал, что хочу стать офицером, служить закону и отстаивать справедливость. Выбор я сделал самостоятельно, и мой следственный путь начался с твёрдого решения поступить в юридический институт, где я окончательно убедился в правильности своего профессионального определения.
И спустя много лет я с уверенностью могу сказать, что сложность выбранной профессии меня никогда не пугала – ни тогда, ни сейчас. Каждое дело – это новый опыт, который ты берёшь на вооружение. Любое преодоление трудностей, достижение поставленной цели делают тебя сильнее и профессиональнее, появляется закалка, дающая уверенность в собственных возможностях и правильности избранного пути. Для меня служба в Следственном комитете России – это честь, ответственность и постоянное движение вперёд.
— Ну а теперь, с учётом всего накопленного профессионального и жизненного опыта, что вы считаете самым притягательным, а что – самым тяжёлым в следственной работе?
— Профессию следователя я считаю уникальной – это интеллектуально стимулирующая работа, ведь каждое дело требует индивидуального подхода, связанного с непрерывным развитием. Следователь многогранен, в ходе расследования того или иного дела он должен быть и тонким психологом, чтобы установить контакт с подозреваемым, и инженером, и экономистом, и ещё много кем, чтобы понимать, каким образом совершено то или иное преступление. Это, безусловно, способствует личностному и профессиональному росту. Рутины в этой работе никогда не будет, ведь ты постоянно разгадываешь загадки, а для этого необходим аналитический склад ума, логика и, конечно же, интуиция.
Взять хотя бы случай, когда 17-летняя амурчанка обвинила своего отца в совершении противоправных действий в отношении неё. Дело было очень резонансным, никто из близких и родных не верил словам девушки, даже мать не верила, что её муж способен хоть пальцем тронуть дочку. И тогда младшая сестра заявительницы, 14-летняя девочка, тоже дала показания против отца.
В процессе допроса стало ясно, что младшая девочка обманывает следствие – по крайней мере, у меня сразу возникло такое чувство, будто что-то тут не так. По каким-то эмоциям, словам догадался. Но девочка настаивала на своём – видимо, поняла, что в этой ситуации сестру никто не поддержит, кроме неё, и потому решилась на дачу ложных показаний. Немало труда потребовалось, чтобы убедить её, что обвиняемый и так понесёт заслуженное наказание по закону, и этого не избежать, даже если она признается, что солгала.
Понятно, что она действовала из лучших побуждений (кстати, не так много бывало случаев, когда родные поддерживали тех, кто осмелился рассказать о преступлении в семье), но расследование это осложняло и запутывало. И в итоге девочка призналась, что действительно с ней ничего отец не делал, и по делу проходила уже свидетелем. А вина мужчины по факту совершения преступления против его старшей дочери в итоге была доказана. Он получил реальный срок заключения – более 10 лет.
Вообще, самое сложное – видеть горе людей, так как основная масса расследуемых уголовных дел связана с преступлениями против личности, которые никого не оставляют равнодушным. Есть и неприятные моменты, когда принимаешь объективно требуемое в конкретной ситуации решение, например о направлении человека в СИЗО, а родственники начинают относиться к этому неадекватно и всячески проявлять негатив. В таких случаях следователю нужно понимать, что его работа очень важна для общества, поэтому нужно быть стойким, со стальным стержнем и действовать исключительно и только так, как того требует закон.
Например, было такое дело, когда амурчанка подала заявление на своего сожителя, обвинив мужчину в том, что он совершил действия сексуального характера в отношении её 11-летней дочери. Мужчину поместили в СИЗО, возбудили уголовное дело. И тут поведение обвинившей его амурчанки кардинально изменилось.
Поняв, что потеряла единственного кормильца семьи, она изменила свои показания, подговорив и свою несовершеннолетнюю дочь изменить показания. После девочка сама рассказала следователям, что мать заставляет её лгать, чтобы обелить арестованного мужчину. В результате женщину вывели из дела как свидетеля: её осудили за дачу ложных показаний и приговорили к выплате штрафа. А вот её сожитель был осуждён к реальному сроку лишения свободы.
— Узнаёшь вот такие детали, и мурашки по телу бегут… Получается, из таких вот тяжёлых моментов и состоит весь рабочий день следователя? А из чего ещё он складывается?
— Задача следователя – грамотно распланировать рабочее время, ведь, помимо выездов, нужно ещё время для бумажной работы: тщательно зафиксировать все детали происшествия, оценить ущерб и квалифицировать статью, вызвать всех фигурантов на допрос, назначить ряд экспертиз, собрать характеристики обвиняемого, написать обвинительное заключение.
Когда я был следователем, обычно самые срочные мероприятия ставил на первую половину дня. Это те случаи, когда тебе нужно непосредственно пообщаться с людьми. А на вторую половину дня старался оставлять работу с документами, с запросами и подготовкой. К такому распорядку дня и стараюсь приучать сейчас подчинённых.
Отмечу, что очень трудно найти два похожих друг на друга дня: бывают заявки или экстренные случаи, когда всему отделу нужно выезжать на место происшествия или на любое другое следственное мероприятие. Тот же самый допрос может длиться 20-30 минут, а может и 4 часа и более. Полагаю, что в нашей работе без грамотного планирования обойтись невозможно.
К слову, о долгих допросах: как правило, все они приходятся на дела о нарушении половой неприкосновенности несовершеннолетних. К примеру, у меня было дело в Свободном, когда отца подозревали в совершении 15 эпизодов преступлений против родной дочери. И потерпевшую, и подозреваемого допрашивали не то что по нескольку часов, но и в течение нескольких дней. Тратилось колоссальное количество времени, чтобы полностью воссоздать картину преступления.
— При работе с такими делами, да и в целом в буднях следователя груз ответственности и напряжение наверняка зашкаливают. Как вам удаётся с этим бороться?
— Переключение внимания с рабочих задач крайне важно для поддержания высокой эффективности работы, ведь во всем должен быть баланс. Для этого я активно занимаюсь спортом со своими детьми и провожу со своей семьёй время на природе. Более того, занятия спортом помогают мне отвлечься от рабочих будней и отпустить накопившееся напряжение.
Раньше я увлекался единоборствами, теперь посещаю тренажёрный зал. Ну а мои сыновья занимаются кикбоксингом. Я отдал детей в спорт не только потому, что считаю, что мужчина всегда должен уметь постоять за себя и своих близких. Я принял такое решение ещё и потому, что уверен: дети должны быть максимально заняты, иметь минимум свободного времени, чтобы даже мыслей не возникало куда-то пойти от безделья и что-то натворить. И родители тоже должны быть примером для детей, быть людьми дела, гореть своей работой, увлечением.
— Но, наверное, бывают и из ряда вон выходящие дела, от которых невозможно раз и навсегда абстрагироваться – что скажете?
— Я никогда не привыкну к тому, что совершаются преступления в отношении детей. Невозможно равнодушно относиться к страданиям детей. Сразу вспоминаю ранее судимого за половые преступления жителя Свободного, который в 2021 году похитил 7-летнего мальчика, отвёз его в своё убежище и сутки над ним издевался. Похитителя тогда оперативно нашли. И при задержании, осознав, что будет привлечён к уголовной ответственности, нелюдь попытался совершить самоубийство. Когда же он был осуждён к длительному сроку наказания, я осознал, что все усилия были не напрасны и справедливость восторжествовала.
Всегда запоминаются убийства нескольких человек, когда злоумышленник придумывает алиби, которое во что бы то ни стало нужно разбить. Для того чтобы раскрыть такое преступление, следователь должен обладать особым терпением, внимательностью к мельчайшим деталям. Вот, в 2012 году в ходе застолья бывший сиделец хладнокровно зарезал двух молодых женщин и мужчину, а после решил уничтожить следы преступления и сжёг домовладение. После он долго скрывался от следствия, а при задержании выдвинул подготовленное алиби. Но под тяжестью представленных доказательств его алиби было разбито, и он понял, что дальше отрицать свою вину бессмысленно. Ему назначили наказание в виде более чем 20 лет лишения свободы.
— Николай, а что вы могли бы пожелать амурскому следственному управлению Следкома России и его сотрудникам – действующим и будущим?
— Наша работа связана напрямую с защитой прав граждан и поддержанием правопорядка, это даёт ощущение значимости своего труда. И потому с пожеланиями всё очень просто: желаю проявлять уверенность, настойчивость и непоколебимость в каждом деле, всегда искать истину и в любой ситуации сохранять спокойствие. Пусть следствие венчается успехом!
Автор: Евгения Земцова
