Фото: Наталья Поспелова

Действие внеконкурсного спектакля «Наш класс» по пьесе польского драматурга Тадеуша Слободзянека начинается ещё в довоенное время. Среди резвящихся одноклассников есть и евреи, и поляки. Их объединяет веселое школьное детство и мечты о будущем. Однако уже в начале спектакля становится понятно, что одни все же «отличаются» от других – во время католической молитвы евреев отправляют в конец класса, чтоб не мешали.

С началом Второй мировой это разделение на евреев и поляков определяет судьбу каждого: евреи скрываются, погибают, теряют родных и любимых, поляки преследуют, выслуживаются и делают карьеру. Однако счастливым в финале не становится никто.

Время действия в спектакле растянулось на шестьдесят лет, постоянно меняется и место действия – это и школьный класс, и сарай, в котором сжигают евреев, и дома героев. Все эти перемещения во времени и пространстве удаются актерам с помощью минималистических декораций – школьных досок, табуреток и письменного стола.

Фото: Наталья Поспелова

Сильны в спектакле трагические сцены. Режиссер Наталья Ковалева избегает натурализма, при этом показывает все предельно понятно и жутко. Так, в страшной сцене, когда полуживого еврея Якуба Каца одноклассники забивают камнями, актеры кидают в него мяч. В момент гибели героя мы слышим звук спустившего воздух мяча. В сцене изнасилования уже замужней еврейки Доры женщина с голыми ногами мечется, запутываясь в белой простыне.

К концу спектакля становится ясно, что счастливыми не стали даже те, кто дожил до старости. Например, еврейка Рахилька, которой удалось спастись, выйдя замуж за нелюбимого одноклассника-поляка, потеряла новорожденную дочь и так и осталась бездетной. Возмездие свыше настигает и поляков – у двоих из них погибают дети. Только еврей Абрам, давным-давно уехавший учиться в Америку, смог построить свою жизнь.

Тяжёлые сцены в спектакле быстро сменяют одна другую, повергая зрителя в молчаливое оцепенение. Чаще всего в трагические моменты в зрительном зале стояла гробовая тишина. И только в финале, когда Абрам перечислил несчётное количество своих детей и внуков, наступил катарсис. Амурчане плакали, не только радуясь за судьбу этого человека, но и жалея тех героев, чьи судьбы были сломаны.

Фото: Наталья Поспелова