Наркомания, алкоголизм и даже игромания тяжким грузом ложатся на плечи родных и близких тех людей, кто встал на эту кривую дорожку. В обществе принято сочувствовать родственникам зависимых, но у психологов на этот счет другое мнение. Зачастую этих людей тоже надо лечить от смежного недуга, а бывает, что именно они «усиливают» те самые зависимости. Разбираться с необычным диагнозом будем вместе с преподавателем психологии Института дополнительного образования РГГУ, бизнес-тренером и практикующим психологом Еленой Карловой-Ильиной.
— Елена, возможно, для многих наш разговор будет открытием. В нашем обществе принято спасать и помогать, но ставить диагноз приходящим на помощь – вряд ли. Давайте разберемся, что же это за болезнь «созависимость». И что ее связывает с понятной всем зависимостью?
— Вы правы, они связаны. Важно различать зависимость и созависимость. Это разные понятия, хоть и идут всегда по жизни рядом, «за ручку». Зависимость – это патологическое разрушающее потребление чего-либо: алкоголя, наркотиков, еды, контента в соцсетях. Еще их называют аддикциями. Даже чрезмерное увлечение здоровым образом жизни и разного рода практиками – тоже зависимость по своей сути. Участвуют в формировании любой зависимости одни и те же зоны головного мозга: миндалина + гипокамп + гипоталамус – именно эти друзья запоминают удовольствие от каких-то вещей или поступков и формируют тягу к новому эпизоду. Зачастую непреодолимую тягу и не всегда осознанную. Это кратко про зависимость. А кто такие созависимые? Если дословно – «совместно зависимые». Созависимость – это особая форма неблагополучных отношений, в которых один из партнеров способствует саморазрушительному поведению другого. И это не только про алкоголь и запрещенные вещества. Это про незрелое детское поведение (инфантильность), нежелание брать на себя ответственность, патологическое манипулирование здоровьем и внимание к себе. Много занятных сценариев предлагает жизнь.
— Если смотреть на это так широко, сложно представить себе абсолютно здоровых, не переживших созависимость ни разу.
— И я скажу ответственно, что всем нам в жизни удается, точнее, приходится побывать в созависимых отношениях, но не всем дано из них выйти.
— А когда эту болезнь впервые диагностировали? Стали серьезно относиться к подобным состояниям?
— Термин появился в конце 1980-х годов. Мелоди Битти написала книгу «Как перестать контролировать других и начать заботиться о себе», где впервые использовала этот термин. А уже в 1990 году на научной конференции официально было введено в науку понятие созависимости, и это открыло целое направление исследований особого социального феномена. Как-то сразу всем стало понятно, что тема эта ох как актуальна и требует всестороннего изучения.
— Изучили?
— Изучили. Изучают и будут изучать еще долго.
— Как же поставить себе этот диагноз, не все же близкие алкоголиков и наркоманов созависимы? И если речь не только о таких сценариях, а еще и чрезмерном контроле над более уязвимыми близкими, то тем более сложно себя «поймать» на патологии.
— Ставить диагноз самому себе – дело неблагодарное и непрофессиональное. Точно – будет ошибка! Даже опытные мозгоправы, врачи и целители всех мастей такое не практикуют и не рекомендуют. А неопытные тем более в этом некомпетентны. Нужен внешний взгляд со стороны.
— Ну должны ведь быть хоть какие-то знаки, пусть не для самого созависимого, а для его окружения, что ему нужна помощь? Как их разглядеть?
— Есть, но это не так просто и очевидно. Если мы говорим про зависимость, здесь немного проще выявить и осознать уровень проблемы. Это явные формы чрезмерного употребления чего-либо: алкоголя, еды, спорта, сериалов, скандалов… Это «чрезмерное употребление» нарушает естественное функционирование человека как физически, так и социально. Страдает тело, здоровье. Снижается социализация, вплоть до полной ее потери: нет друзей, работы, денег, увлечений и желаний, отличных от употребления чего-либо. С созависимостью сложнее. Эта птица дивная, зачастую трудноуловимая, и подается в этой жизни, как правило, в «банкетном исполнении».
— Что значит в «банкетном исполнении»?
— Нарядно, ярко и социально приемлемо, а то и одобряемо обществом, читай «модно». Со стороны созависимые – это люди-спасатели всего и вся. Это великомученики за идею. Это страдальцы всех мастей. Это изощренные манипуляторы и интриганы. Это жертвы и тираны, описанные многократно в литературе и продолжающие воплощать сюжеты в реальную жизнь. В каждом из этих сценариев есть магистральный симптом созависимости. Какие признаки можно выделить:
- сосредоточенность на потребностях других в ущерб себе,
- самопожертвование,
- попытки контролировать и решать проблемы других.
Эдакая назойливость и непрошенная помощь.
— У любой болезни должна быть причина. Что же толкает созависимых спасать мир?
— Есть такая у мозгоправов профессиональная мудрость: когда человек не может разобраться и проконтролировать процессы в своей жизни/принять ее/себя в этой жизни, то он будет разбираться и активно контролировать жизнь других. Это те самые люди, которым «больше всех надо и они точно всё знают»… про жизнь других, но не про себя. Это ключевой симптом здесь – разрыв/отрицание своей идентичности.
— Звучит страшно. Как же с этим справляться? С чего начать, если начал замечать за собой чрезмерную тягу кого-то спасать или наставлять?
— Начать с наблюдения за собой и процессами своей жизни. Принятие. Осознание. Коррекция поведения. Контроль результата.
— Схема вроде простая…
— На словах. В реальной жизни большинство останется на пункте номер 1: понаблюдает в лучшем случае, без дальнейшего развития событий.
— Почему так происходит? Нет времени или не хватает силы воли?
— Причин для этого масса. И проблема не в лени человека или его занятости, а в том, что нашей психике и головному мозгу меньше всего нужны перемены. Даже если они и к лучшему. Любая перемена – это затраты энергии и сил, а мозгу это не нужно. У него есть задача – всегда экономить эти самые силы и энергию. Поэтому так трудно что-то в жизни менять. С возрастом значительно труднее, потому что мы теряем пластичность нервной системы. Это естественный процесс. Для этого и существует помогающая профессия психолога. Берите себя за ручку и ведите к дипломированному специалисту с высшим психологическим образованием. Только так. Здесь я принципиальная зануда. Наличие диплома обязательно.
— Назревает еще один немаловажный вопрос, не бросать же зависимых близких, только чтобы не заболеть «созависимостью»? Как экологично помогать зависимому, чтобы не стать заложником этой помощи и не усугубить ситуацию как для него, так и для себя?
— Очень сложная задача не организовать саму помощь, а остаться не вовлеченным. Практически невозможно. Поэтому я и говорила выше, что нам всем в жизни выпадает опыт созависимости. И в этом тоже есть польза. Это очень ценный опыт и живая практика выстраивания своих границ и знакомства с самим собой. Оно не у всех происходит в этой жизни. И совсем не зависит от количества прожитых лет. Что можно сделать, чтобы все-таки «экологично» помогать:
- трезво оценивать ситуацию и степень своей вовлеченности,
- оценивать свои ресурсы (материальные и физические),
- просить о помощи, а не взваливать только на себя (нанимать персонал, договариваться с родственниками/соседями/друзьями),
- уметь говорить «нет».
И самое главное здесь – перестать отыгрывать сценарий «я всегда хороший» и не бояться осуждения и быть «плохим». И это не про эгоизм. Это про зрелость и ответственное отношение к себе и своей жизни.
— А бывали в вашей практике случаи, когда приходилось раскручивать клубок, чтобы добраться до сути проблемы, которой как раз и была созависимость? Не такая очевидная, как жизнь с алкоголиком или наркозависимым?
— Таких историй множество. У меня была клиентка, красивая и успешная женщина 35 лет. Пришла с запросом: нет стабильных отношений. То есть отношения у нее все же были, но короткие, заканчивались очень быстро. А она хочет семью, детей. Начали разбираться, выстроили структуру ее семьи: развод родителей в раннем детстве, есть младшая сестра и мать. С отцом не общаются. Клиентка живёт с матерью, а младшая сестра давно замужем, двое детей. Мать клиентки не работает последние 5 лет, страдает букетом хронических заболеваний. Периодически обостряются ее болезни вплоть до госпитализации. Лечением, сопровождением матери занимается моя клиентка. Младшая сестра держит дистанцию, с матерью и старшей сестрой общается крайне редко, живёт своей семьёй, воспитывает детей. Анализируя ситуацию, видим, что мать явно манипулирует своим здоровьем, вовлекая в свою жизнь старшую дочь. К примеру, регулярно озвучивает ей, что скоро совсем не сможет передвигаться и ее придётся перевозить в инвалидном кресле. А вот рекомендации врачей соблюдает избирательно: «они ничего не понимают». Режим питания нарушает грубо, образ жизни далек от здорового. Никаких осознанных попыток что-то изменить в своей жизни мать не предпринимает, ответственность за свою жизнь не берет, всё перекладывает на старшую дочь. При появлении отношений дочери с мужчинами у матери резко обостряются симптомы заболеваний. Мать постоянно требует к себе повышенного внимания. Моя клиентка всегда реагирует, отзывается, включается в заботу, отпрашивается с работы, сидит в больнице. Попытки разделить ответственность и привлечь младшую сестру почти всегда безуспешны. На таком фоне возникающие отношения с мужчинами быстро заканчиваются. Сценарий повторяется много лет.
— В этом случае созависима дочь?
— Здесь мы видим классический сценарий созависимых отношений: «страдающая мать» – «спасающая дочь». Каждая сторона в таких отношениях получает свою порцию эмоций и значимости. Мать – суррогат любви и заботы о себе через болезни, это компенсация дефицита отношений с супругом, как физического, так и эмоционального контакта. А дочь получает свою порцию значимости: «Я хорошая девочка! Хорошая дочь!», потому что этих слов она не слышала от родителей никогда или совсем мало. А потребность такая есть, и психика своё возьмёт. Всегда. Даже самым причудливым образом.
— Неужели такие долгоиграющие истории возможны?
— Такие «взаимовыгодные» отношения могут длиться годами. В них каждый обслуживает свой невроз, свою нереализованную потребность, свой дефицит. И невротические отношения не только самые крепкие, они еще и всепоглощающие. В них нет места, пространства, ресурса для кого-то еще, потому что другой объект будет разрушать эту связь. Именно поэтому отношения с мужчинами у женщины не закреплялись, несмотря на ее привлекательность и явные преимущества в глазах мужчин. Для них попросту не оставалось места в жизни женщины. Все ресурсы психики, эмоций, души и тела поглощала мать своей бездонной потребностью в страдании.
Что примечательно в этом случае, это поведение младшей сестры, которая смогла вырваться из-под власти страдающей матери довольно рано. Построить семью и воспитать детей. Она живет в другом семейном сценарии. Хоть и младшая по возрасту, но старшая по зрелости личности в этой истории. Эта «девочка» сумела защитить свои границы.
— Помогли клиентке? Или это почти безнадежно, если так затягивает?
— В нашей истории закончилось всё хорошо. Она ведь обратилась за помощью и получила ее. Клиентка вышла замуж и родила ребенка. Создала свою семью и смогла выстроить новые отношения с мамой: с четкими границами, делегированием заботы, распределением обязанностей и передачей ответственности за своё здоровье маме. Но это было непросто. Потребовалось около года работы над собой и своей семьёй. Но оно того стоило. И мама жива и практически здорова. Инвалидное кресло не понадобилось.
